Жозе Мариу душ Сантуш Моуринъю - сын известного португальского вратаря Феликса Моуринъю. До 16 лет Жозе играл в любительской лиге, пока Феликс, в то время тренер "Витории" из Сетубала, не убедил сына стать его помощником.

Жозе начал активно помогать отцу, разъезжая по стране и наблюдая за соперниками, делая записи обо всём, что могло бы помочь в достижении результата. Так началась великая тренерская карьера.

Перевод в главные: В 23 года Жозе окончил институт спорта, после чего отправился в Шотландию за навыками тренерской деятельности. Вернувшись, начал трудиться по специальности ("Бенфика", "Сету- бал", "Эштрела да Амадора"), но самостоятельной работы молодому человеку, понятно, еще никто не доверял. А в 1992 году на пост главного тренера лиссабонского "Спортинга" был назначен сэр Бобби Робсон, с которым Моуринью познакомился во время своей британской стажировки.

Мэтр взял Жозе к себе переводчиком, однако вскоре тот стал его ближайшим помощником. Робсон увел Моуринью с собой в "Порту", где они бок о бок проработали два с лишним сезона, в первом из которых сделали команду вице-чемпионом страны и выиграли Кубок, а во втором - вернули клубу титул сильнейшей команды Португалии. Затем Робсон перебрался в "Барселону".

Моуринью, естественно, последовал за ним, причем для новой работы ему пришлось выучить каталанский. В 1997 году тренерский тандем выиграл Кубок обладателей кубков, Королевский кубок, а в чемпионате, выиграв на финише у мадридского "Реала", всё же уступил ему титул. После этого Робсон был уволен, а вот Моуринью остался и продолжал работать с Луисом ван Галом. Два сезона "Барселона" выигрывала и чемпионат, и Кубок.

В 2000 году Бобби Робсон пригласил Моуринью стать его помощником в "Ньюкасле", но португалец впервые отказал англичанину, мотивировав это своим желанием попробовать себя в качестве главного тренера. "Я многому научился у обоих моих наставников. Бобби Робсон работал очень эмоционально, при нем я лишь несколько раз вел тренировки самостоятельно. А Луис ван Гаал уделял огромное внимание дисциплине, и при нем я вел большое количество занятий в одиночку, а он садился на трибуну и наблюдал", - рассказывал Моуринью.